МЫ - ПСКОПСКИЕ. Часть 6-я: деревня Красное Старицкого района Тверской области.

МЫ - ПСКОПСКИЕ. Киров - Псков. Часть 6-я: деревня Красное Старицкого района Тверской области. День четвёртый. 7 сентября.

 Усадьба Красное, расположенная в Старицком районе Тверской области, отмечена в путеводителях и ценится знатоками архитектуры и просто любознательными туристами. Дело в том, что на территории дворянского гнезда расположен Храм Преображения Господня. Он практически полностью повторяет архитектуру Чесменской церкви в Петербурге.

Берново - деревня Красное: 36 км. По прямой - не больше 10 км, на карте маршрут выглядит как заглавная буква "Л". Но там дорога одна, которая на Старицу, выбирать не приходится. Кстати, не такая уж и плохая.

Парковка грунтовая, но практически у самой церкви. Машин немного, 4 или 5. Церковь, как видите, в лесах. Но здесь реально идёт реставрация, не как в Торжке. Необычный облик, для патриархальной деревни не свойственный: многоцветная, псевдоготическая. От восторга не замер, но удивление испытал. Обратите внимание и на забор справа.  Наверное, только в России могут такой роскошный архитектурный ансамбль обезобразить забором из профлиста. Просто нет слов. Видимо, соседняя территория является частной собственностью...

На тверской земле это одно из редчайших псевдоготических сооружений XVIII в. Здание сложено из кирпича с применением в декоре белого старицкого камня. В плане оно представляет собой «четырёхлистник», отделка фасадов отличается весьма произвольной трактовкой готических мотивов. Поверхность стен, обработанных узкими вертикальными тягами и стрельчатыми арочками, прорезают высокие стрельчатые окна. Над входом – круглое окно типа «готическая роза». В композицию портала входят скульптурные изображения ангелов. Стены увенчаны низким губчатым парапетом с характерными для готики острыми башенками. Такими же башенками с острыми готическими шпилями завершены все пять куполов храма. Высота церкви составляет более 24 м, ширина и длина – 20 м.

 Как такое чудо архитектуры появилось здесь, в отдалении от столиц? Чье внимание хотели привлечь владельцы усадьбы в Красном столь оригинальным храмом? По проекту какого зодчего была построена Преображенская церковь? Что связывало владельцев усадьбы Красное с Пушкиным? Кем приходилась Полторацким муза поэта Анна Керн? Попробуем разобраться.

 Начнём с того, что такая оригинальная церковь - вовсе не оригинальная, у неё имеется 2 сестры-близнеца. Да-да. Она представляет собой авторское повторение знаменитой церкви Чесменского дворца близ Петербурга, возведённой по проекту Ю.М. Фельтена. Оригинал был возведен в Петербурге по приказу императрицы Екатерины II после победы русского флота над турецким при Чесме. Аналогичная постройка имелась и в усадьбе А.Д. Ланского в селе Посадниково Псковской губернии. Было построено три таких храма. Осталось только два. К сожалению, в Псковской области храм растащили разобрали на стройматериалы.

Вот так выглядит Чесменская церковь в Питере. Без забора из профлиста. И смотрится она более цельно, гармонично без жёлтого, диссонирующего верха.

Правда, я нашёл в инете фото церкви после реставрации, недостаток с цветом исправили, хотя из сохранившихся документов следует, что оригинал был и впрямь частично жёлтым. Цвет исправили с более исторического на более гармоничный, а забор остался...

Владели усадьбой дворяне Полторацкие. Основателями рода считаются Марк Федорович Полторацкий (1729-1795 гг) и его супруга Агафоклея Александровна (1737-1822). В юности, будучи студентом Киево-Могилянской академии, Марк пел в академическом хоре. В год, когда юноше исполнялось 15 лет, его, как обладателя чудесного баритона, приметил граф Алексей Разумовский. Граф, сам в юности бывший певчим, разглядел в парне талант. Уже через год Полторацкий перебрался из Киева в Санкт-Петербург, чтобы служить в придворном императорском хоре. Карьера молодого таланта шла в гору: Марк Федорович возглавил Придворную певческую капеллу, тогда же получил потомственное дворянство, дослужился до должности статского советника, что приравнивалось к генеральскому чину.

 К моменту знакомства с Агафоклей Александровной Марк Федорович уже овдовел. Девочке не исполнилось и 15 лет, когда ее сосватали за перспективного молодого певца. Агафоклея довольно быстро и без особого труда сменила свои девичьи забавы на управление хозяйством. Супруга Марка Федоровича имела железный характер и предпринимательскую жилку. Она отлично справлялась не только с поместьями, но и с купленными заводами. Женщина умела зарабатывать деньги, при этом была глубоко верующим человеком. Никогда не скупилась на помощь монастырям, строила храмы.

 Между тем количество детей в семье Полторацких росло. За годы брака супруги родили 22 (!!) детей. Постепенно появлялись новые имения, в том числе и Красное в Тверской области.

 Доподлинно неизвестно, почему Полторацкие решили возвести копию именно это церкви. Одна из версий гласит: Агафоклея Александровна так восхищалась правительницей, что решила возвести в своем имении копию полюбившейся императрице церкви. Дворянка полагала, что таким образом ей удастся привлечь внимание Екатерины II и надеяться, что однажды венценосная особа посетит ее имение.

 Оригинальная церковь в Петербурге было построена архитектором Юрием Матвеевичем Фельтеном. Его проекты были использованы при строительстве церкви в Красном. Имена мастеров, возводивших храм сегодня не известны. Однако столичный зодчий точно не участвовал в строительстве. До этого в селе стояла полуразрушенная деревянная церковь. Для того, чтобы построить на ее месте новую каменную в 1785 году глава семьи Марк Федорович обратился к епископу Тверскому с просьбой разрешить строительство. Когда храмоздательная грамота была получена, Полторацкие приступили к строительству.

На протяжении пяти лет строительство шло под контролем Агафоклеи Александровны. Работы были завершены в 1790 году, однако храм освятили только через 13 лет — летом 1803 года. Марк Федорович не дожил до этого дня.

Когда строительство было завершено, Агафоклея Александровна отправила в дар храму две ризы, два Евангелия и два литургических набора. В начале 19 столетия с вдовой Полторацкой произошло несчастье: ее экипаж опрокинулся по дороге в Москву. ДТП и в 19-и веке случались. Барыня выжила, но на всю жизнь осталась прикованной к постели. Потеря контроля над собственными ногами и руками совсем не значила потерю контроля над крестьянами. Полторацкая осталась сильной и властной главой семьи. Правда, в Красное она больше не приезжала, безвыездно жила в Грузинах, усадьбе, которую она получила в приданое от родителей.

 Внутрь пускают, но тоже идут реставрационные работы. После закрытия храма в 1930-е гг. его внутреннее убранство было полностью утрачено, в нём разместился колхозный склад. Поэтому засняли мы только часть свода.

Окна меняли субьекты, у которых руки росли явно не из плеч.

Зато можно подняться к куполу и даже не возбраняется позвонить в колокола. Что мы и сделали.

 При отсутствии отдельной колокольни 4 медных колокола весом 812, 267, 20 и 17 кг, отлитых в Москве, висели на «двух поверх церкви западной и северной башнях».

У церкви одна глава, вокруг которой расположено четыре башни, а по периметру всей церкви — 16 белых каменных фигурных столбов. На главе и башнях медные восьмиконечные резные кресты с полумесяцем в основании. Железная крыша была покрашена черной краской. 

В довершие отвечу на последние вопросы: Полторацкие были близкими знакомыми Александра Сергеевича Пушкина. Так, внучка Марка Федоровича Анна Петровна Керн (3-й раз за день звучит это имя) стала музой великого поэта. Именно ей он посвятил свое стихотворение «К***», известное по первой строке «Я помню чудное мгновенье...». Кстати в Красном бывал у Алексея Павловича Полторацкого, ставшего владельцем имения в 1826 году, и сам А.С.Пушкин.

 Сама усадьба в неприглядном состоянии, фотографировать не стал. Всё-таки мы поехали в путешествие за положительными эмоциями, зарядиться красотой. А развалин и дома хватает. Вид на окрестности с крыши церкви:

Ну а мы следуем на Святой источник живой и мертвой воды, что расположен в деревне Маслово Старицкого района. Расстояние от села Красное составляет 4 километра.

Сначала посетили источники с живой и мёртвой водой. Справа невзрачный домик - с мёртвой, слева вдали нарядный - с живой.

 

Считается, что ежедневные умывания «мертвой водой» восстанавливают зрение подобно оперативному вмешательству, но пить эту воду не рекомендуется. А вода из источника с живой водой решает проблемы пищеварения.

  

Место очень низкое и болотистое, но везде проложены мостки.

Купель сестрам окон не имеет.

Купель для братьев имеет огромные окна-витрины. Опять неравноправный подход. Где тут Клары Цеткин-Розы Люксембург-Инессы Арманд и прочие активистки борьбы за эмансипацию? Ни одной не наблюдал.

Деревни Маслово я окрест не увидел.

МЫ - ПСКОПСКИЕ. Часть 5-я: усадьба в Берново.

МЫ - ПСКОПСКИЕ. Киров - Псков. Часть 5-я: усадьба в Берново. День четвёртый. 7 сентября.

Второй точкой нашего сегодняшнего маршрута (после доосмотра Торжка) явилась усадьба Вульфов в Берново. Во-первых, я никогда до этого не бывал в дворянских усадьбах, во-вторых, здесь часто гостил А.С.Пушкин. Торжок - Берново: 65 км на юг от Торжка. 

Берново когда-то был одним из пограничных пунктов между владениями Твери и Новгорода (как и Торжок, только последний относился к Новгороду) и принадлежал он боярам Берновым (отсюда название). Через деревню пролегал торговый путь. Населенный пункт в разные годы менял хозяев. Так, в 1537 году здесь стоял с войском перед походом на Новгород князь Андрей Старицкий. После 1569 года Берново поступило в опричнину, в начале XVII века отдано стольнику Калитину, а затем перешло бригадиру П. Г. Вульфу. 

Именно с его потомком, Иваном Ивановичем Вульфом и связан пушкинский период усадьбы. Поэт часто бывал здесь и писал свои произведения. В 1971 году в бывшем усадебном доме Вульфов открыт музей Пушкина и в том же году в Берново проведен первый областной праздник поэзии, ставший традиционным.

Гостили ране не то, что ныне. Приезжали не на день-два водки попить под шашлыки в парке, а основательно, на неделю-месяц-другой. Например, здесь Пушкин писал свои выдающиеся произведения – в частности, «Евгения Онегина». Сами понимаете, не за один уикенд. Но без наливочек не обходилось.

 По случаю понедельника мы в музей не попали, но на территорию усадьбы пускали свободно. Поэтому мы гуляли по парку в полном одиночестве, не рискуя быть затоптанными толпами туристов. Несомненное преимущество понедельника-вторника в музеях-усадьбах. 

Какое наслаждение бродить по пустынным аллеям, как когда-то хозяева усадьбы или Пушкин!

В Бернове, в имении своего деда Ивана Петровича, воспитывалась до 12 лет Анечка Полторацкая – будущая Анна Петровна Керн, которой посвящено знаменитое стихотворение Пушкина «Я помню чудное мгновенье…». Что-то часто сегодня встречается это имя: в Торжке на кладбище сохранилась могила А.П.Керн.

Александр Сергеевич Пушкин впервые приехал на Старицкую землю по приглашению хозяйки усадьбы Малинники П.А. Осиповой-Вульф. Во время всех трех приездов – в 1828, 1829 и 1833 годах – он бывал и в Бернове. Анне Ивановне Вульф, дочери хозяина, поэт посвятил шутливое четверостишие:

"За Netty сердцем я витаю
В Твери, в Москве.
И Р и О я забываю
Для N и W."

Обратите внимание, как стильно сделаны подпорки под деревья, не просто по-русски брёвнами-шестами подпёрли. И не спилили, что сделать было проще.

По преданию, именно в Бернове Пушкин услышал сюжет для своей драмы в стихах «Русалка». Здесь ему рассказали историю любви дочери мельника и барского камердинера, отданного барином в солдаты. Девушка от безысходности утопилась в омуте за мельничной плотиной.

Пушкину показывали омут, где произошла трагедия. Это же место запечатлено на картине «У омута» И.И. Левитаном, жившим в конце XIX века на соседнем хуторе Затишье.

  

 

Сама обстановка здесь располагает к двум вещам: шашлыкам под водочку в кампании и к написанию в одиночестве стихов. В таких местах становится понятной причина появления вдохновения у великого поэта: попробовал бы он после смены у станка и ругани с начальством на заводе, в пыльной коммуналке, когда под ногами вертится куча хнычущих сопливых детей, а жена орёт благим матом (и не благим тоже), написать хоть строчку. 

 А здесь вирши сами стройными колоннами маршируют прямо в голову:
Увы! напрасно деве гордой
Я предлагал свою любовь!
Ни наша жизнь, ни наша кровь
Ее души не тронет твердой.
Слезами только буду сыт,
Хоть сердце мне печаль расколет.
Она на щепочку <нассыт>,
Но и <понюхать> не позволит.

 Как вам? Только не бейтесь в восторженном экстазе и мне на памятник при жизни ещё рано скидываться. Это чужие стихи в мою голову "стройными колоннами", а свои как тараканы хаотично бегают и по щелям прячутся. По свидетельству А. П. Керн, данное стихотворение А. С. Пушкина было написано для альбома Анны Николаевны Вульф, старшей дочери упомянутой выше П.А. Осиповой-Вульф и двоюродной сестры также упомянутой Анны Ивановны Вульф (Нетти). Причем поэт «два последние стиха означил точками». Однако в устной передаче Керн сохранились и последние нескромные стихи.

  

Посвящение «Анне Н.Вульф» отличается шутливым характером. Последние две строки иногда опускаются, так как содержат грубые слова. Зачем Пушкину понадобилось дерзить? Дело в том, что Анна Николаевна была женщиной экзальтированной, предпочитала для выражения чувств использовать высокопарные выражения. Откровенная неприличность финала – своеобразный стилистический «противовес». Честно говоря, выглядит как издевательство над Вульф. В начале стихотворения Александр Сергеевич переворачивает реальную ситуацию. В первых строках говорится о том, что мужчина предлагает женщине любовь, но гордячка отвечает отказом. В действительности ситуация складывалась совсем не так. Пока Пушкин отрабатывал на Анне Николаевне приемы обольщения, она несла тяжелое бремя неразделенных чувств. Кстати, замуж она так и не вышла. Любовь до гроба...

Напоследок позаглядывали в окна господского дома.

Сегодня в клубе были танцы. "Махнувшие" для храбрости трактористы, затушив "бычки", приглашали лузгающих семечки пышногрудых доярок.

Неплохая заставка на пустые глазницы окон, не правда ли? Почему бы в городах и деревнях развалюхи под снос так не прикрывать?

К сожалению наше время здесь истекло, ещё ждали великие дела.